Свекровь… в каждую дырку без мыла залезть, да тонну советов раздать.

— Ты помнишь, что мама скоро приедет? Она для детей каких-то манишек навязала, привезёт.

Помню! И даже пиццу затеяла к её приходу. Свекровь постоянно говорит, что семью надо баловать выпечкой. Хоть увидит, что у меня духовка без дела не простаивает.

Солёные огурцы, помидоры, ветчину, варёную куриную грудку нарезала, сыр измельчила с помощью тёрки, банку с кусочками ананаса открыла, сок слила. Как раз тесто подошло.

Мне бабушка позвонила. Где-то в магазине услышала, что пенсии поднимут на нереальный процент, попросила, чтобы я в интернете посмотрела. Руки помыла, полюбовалась мисочками с аккуратно разложенными продуктами, ушла в комнату за компьютер.

Сначала мимо меня прошмыгнул муж. Потом старший сын. Следом за ним младшая дочь.

Нужная информация нашлась быстро: бабушку обманули. Пенсии на сорок процентов никому не увеличат. Вернулась на кухню, там картина маслом: муж ковыряется в сыре, отправляя его в рот целыми щепотками; сын уминает кружочки помидоров; дочка ложкой орудует в банке с ананасом.

— Это что такое? А ну-ка брысь! — ещё ногой притопнула для пущего эффекта.

Взяли моду — таскать нарезанные ингредиенты. То чищенную для супа морковь стырят, то в начинку для блинов залезут, то горошек из будущего оливье выедают. Надоели! Устала бороться. Ну будет готово — ешьте на здоровье! В процессе приготовления-то зачем бегать на кухню и кусочничать? Ещё лезут, заразы, грязными руками.

На меня уставились три виноватых моськи.

— Значит так: кто что сейчас крал, тому того в пицце не достанется! Говоришь вам, говоришь. Просишь, просишь. А вам плевать: в одно ухо влетает, в другое вылетает. Всё, кыш с кухни! — указала пальцем на дверь, дождалась, пока семейство гуськом покинуло моё царство кастрюль и сковородок, и заперлась.

Оставшихся ингредиентов хватило на четыре небольших круглых пиццы. Обычно каждую мы делим на четыре части, по количеству едоков, поэтому я мысленно поделила три кругляша на четверти и насыпала начинку, как и обещала: у каждой заготовки одна четвертинка без сыра, вторая четвертинка без помидоров, третья четвертинка без ананасов, четвёртая — со всеми продуктами, для меня. Пусть знают, что мама слов на ветер не бросает! Четвёртая пицца — для свекрови, тоже со всей начинкой.

Достав последнюю пиццу из духовки, сразу всё поделила: мужу в тарелку три кусочка без сыра, сыну — без помидоров, дочке — без ананасов. «Нормальную» пиццу сложила в одну тарелку для меня и гостьи.

Свекровь пришла, манишки делям выдала, ещё фруктов принесла. Я стол в гостиной накрыла, чай налила, всем тарелки с пиццей принесла. К свекрови подвинула тарелку с «нормальной» пиццей.

Первой заныла дочь:

— Мама! Так нечестно: почему у него есть ананасики, а у меня нет? — она ткнула в тарелку брата.

— Пицца без сыра — не пицца! — муж поддержал дочку, обиженно отодвинув от себя тарелку.

— Нечего было тырить! Ты свой сыр уже съел! — еле удержалась от желания показать мужу язык.

Дети наперебой стали жаловаться бабушке на жадную маму: да, попробовали, но ведь немножко! А я их так наказала — поеданием невкусной пиццы.

— Всегда так дети делали! Брусочки картошки таскали с доски, кусочки теста, крабовые палочки для салата, огурцы в то время, когда я салат резала! Нельзя так делать, продукты делить на то, кто сколько съел, — принялась воспитывать меня мать мужа.

— У нас дома — можно! — возразила я.

Свекровь отказалась от пиццы в знак солидарности. Сын с дочерью тоже отодвинули тарелки, хором сообщив о своём желании остаться голодными.

— Хорошо, — я пожала плечами, собрала все тарелки со стола, кроме своей, и унесла их на кухню.

Вернулась в гостиную, мои собираться начали. Бабушка их в пиццерию пригласила, раз злая мать жопничает пиццу.

Ушли. И муж тоже. Я поела, остатки выбросила. Заглянула в холодильник, вывалила в мусорное ведро макароны и котлеты, которые делала на ужин. Взяла планшет, села сериал смотреть в наушниках. Мои вернулись — сделала вид, что их нет.

Пришло время ужина.

— А что на ужин? — полюбопытствовал муж.

— Мама, мы есть хотим! — пожаловались дети.

— Звоните бабушке, пусть она вас в кафе ведёт, — отрезала я, добавив звук у планшета.

— При чём тут мама? Ты же у нас хозяюшка!

— Нет, не хозяюшка. Хозяюшек слушают, их просьбы выполняют, наказания принимают. Готовьте себе сами, раз такие умные, или пожалуйтесь доброй бабушке, она вас куда-нибудь сводит, накормит.

— Ты что, обиделась что ли? — удивился муж. — Что такого случилось-то?

— Ничего. Просто если дети сломают твой компьютер, а ты их накажешь — отберёшь планшеты, я схожу и куплю им новые. Если дети испортят твои документы или отчёты — я куплю им торт. Если наш сын стащит у тебя ключи от машины и разобьёт её — я куплю ему машину. Хотя… Почему я? Мы твою маму позовём! Она быстренько избавит внуков от наказания!

Семья два дня питалась самостоятельно, без моего участия. Муж готовил. Они ели варёные яйца, пригоревшие каши и пельмени. Потом пришли извиняться.

Простила, но предупредила: ещё раз кто-нибудь что-нибудь стащит у меня во время готовки — и горелые каши станут ежедневной реальностью, так как я вообще никогда больше готовить не буду. Прониклись. Вообще стараются на кухню не заходить. С мужем отдельно поговорила: что если он будет позволять матери командовать у нас дома и вмешиваться в воспитательный процесс, то с ней жить и будет. А то вон какая благодетельница нашлась, несчастных голодных внуков в пиццерию сводила.

Свекровь… Тут уже ничего не исправить, натура у неё такая: в каждую дырку без мыла залезть, да тонну советов раздать. Надо было, как обычно, купить торт к её приходу. Нет ведь, выпендриться перед ней решила, что у нас дома выпечка водится. Выпендрилась, называется.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Свекровь… в каждую дырку без мыла залезть, да тонну советов раздать.