Пока есть люди, до которых ещё можно достучаться, Земля будет вращаться вокруг своей оси, сменяя поколение поколением…

Перед каждым Новым Годом, на многих фирмах собирают пожертвования в различные детские дома, школы-интернаты, и т.д. Моя фирма — не исключение. Ведь каждый из нас не против помочь подарить детям праздник, но тратить время на поиск волонтерских групп, не каждый хочет, или может. Поэтому мы по магазинам пускаем список, туда вписывается имя-фамилия, табельный номер, и сумму, которую жертвуешь. Деньги вычитаются из зарплаты автоматически, и бухгалтерия честно перечисляет их на счет детского дома. Все абсолютно добровольно, я в этих списках не роюсь, а просто на корпоративе, от себя говорю большое человеческое спасибо, всем кто пожертвовал.

Утром, зашел в бухгалтерию по делам, за дальним столом, роюсь в шкафу, ищу накладные, я давно перестал заморачиваться, гонять бухгалтерш за чаепития, во время работы, если это никак не отражается, на работе, то зачем это запрещать? Поэтому девчонки сто раз спросив, не нужна ли мне помощь, заварили себе кто кофе, кто чай, погрузились в работу. В кабинете атмосфера установилась спокойная.
В этот момент в кабинет входит наш сисадмин — Миша. Одна из бухгалтеров начинает рассказывать ему про то, зачем она его вызвала. Шкаф, который я распотрошил, находится в самом углу, и похоже моего присутствия никто не замечает.
Сисадмин начинает разбираться с компьютером, в этот момент, к нему обращается другая бухгалтерша:
— Миш, тебе список дать, пожертвования в детский дом будешь делать?
— Не буду, так как не знаю точно ли эти деньги детям пойдут — отвечает он, не отрываясь от монитора.
— Так в шапке же указан номер лицевого счёта, можешь сам проверить… — пытается убедить бухгалтерша.
— В каком веке живем, Вик? По бумагам, это может быть что угодно, а в живую, просто спонсируем не пойми кого.
Я к этому моменту нахожу нужные мне бумаги, и вылажу из-за гор папок, и подхожу к столу Вики, обращаюсь к сисадмину:
— Миш, тебе долго еще?
— Нет, Сергей Николаевич, уже всё. Мария Степановна — проверяйте. — начинает суетиться он.
— Отлично, собирайся, поехали — машу рукой я.
— Куда, Сергей Николаевич? — не понимает он.
— Тут недалеко, поехали.

120 километров трассы, заснеженные леса и поля, облитые таким ярким, но таким холодным зимним солнцем, очень красивы, и очень причудливо создают атмосферу приближающегося праздника.
Мы въезжаем в провинциальный город, ничем не примечательный, таких тысячи. Ползем по снежной каше, в которой утопают разбитые дороги. Дорожники в паре с коммунальниками забили большой и толстый болт, поэтому дороги не чищены, и не ремонтированные.

Я достаю телефон, набираю номер. Гудки в трубке сменяет голос престарелой женщины.
— Алло
— Инна Васильевна, здравстуйте — отвечаю я
— Сереж, привет, как я рада тебя слышать. Как ты? — интересуется она
— Вашими молитвами, Инна Васильевна, я возле вас нахожусь, можно к вам в гости заехать? — спрашиваю я.
— Ну конечно, Сереженька, ты еще спрашиваешь, наши двери в любое время для тебя открыты…
— Спасибо, я через 5 минут буду.
— Хорошо, Серёжа, я жду. — сбрасывает она вызов.
Спустя 5 минут мы уже на пороге детского дома. Нас встречает престарелая женщина, которая всю свою жизнь, вместе с мужем, посвятила этому заведению, своих детей они завести не смогли, и вместо того что бы, обозлиться друг на друга, развестись, они собрали деньги, выкупили здание в области, оформили детский дом и стали воспитывать деток, которые оказались ненужными своим родителям. Каждого воспитанника, они любили как своего, давали им хорошее воспитание, многие из них получили высшее образование, завели семьи, хорошо устроили свою жизнь. Инна Васильевна, для всех была мамой, и раньше, даже не нанимала воспитателей, сама занималась с детьми. А два года назад, она похоронила мужа, и за эти два года сама сильно постарела, и ей пришлось нанять нянечек, и воспитателей. За воспитанием всё так же она следила, и насколько позволяли силы, так же занимается с детками.
— Привет, Серёж, как доехали? — улыбаясь, как бы по-родственному спрашивает она.
— Всё хорошо, Инна Васильевна, как у вас тут дела? — спрашиваю в ответ.
— Ой, Серёж, хорошо всё, спасибо тебе огромное, доделали ремонт в спортивном зале, закупили тренажеры, и закончили с заменой окон, теперь, у всех деток в комнатах, и классах пластиковые окна. Серёж, огромное тебе спасибо
— Да ну, перестаньте, незачто… Я обещать не буду, но если в следующем году всё хорошо будет, то начнём фасад утеплять, да и покрасим его в какой-нибудь яркий цвет… — осматриваю здание я. — 25 числа перечислят деньги на подарки детям, вы уж извините, что так поздно, вы успеете всё закупить? Я пришлю вам машину.
— Ой, так это же можно в город съездить в гипермаркет, там и выбор больше, и можно будет что нибудь особенное в честь праздника купить. — начинает мечтательно говорит старушка.
— Тогда еще и двух помощников, помогут вам с пакетами-коробками — улыбаясь, говорю я.
— Я буду тебе так благодарна, Сергей. Пойдемте, хоть пообедаем, я как раз твоих любимых котлеток нажарила — ведет нас в столовую старушка.
Атмосфера в здании, несмотря на то что это детский дом, очень теплая, очень уютная. Здесь всё сделанно руками Инны Васильевны и Валерия Антоновича. Миша ходит, рассматривает всё с открытым ртом, по нему видно, что в подобное место он попал впервые.
После обеда, еще немного поболтав о новостях каждого, посмотрели отремонтированный спортзал, новые тренажеры, мы с Мишей откланялись, и двинули обратно в город. Уже в машине я начал разговор.
— Миш, ну как тебе?
— Жалко их очень, это тот детдом, куда собирают пожертвования?
— Да, но ты не подумай, я не вез тебя сюда, для того, что бы ты что то пожертвовал. Ты имел право так думать, я всего лишь хотел показать тебе, что это все не на бумаге. Это реальные люди, реальные дети, реально нуждающиеся в помощи.
— Сергей Николаевич, можно вопрос?
— Валяй.
— Вы здесь выросли?
— Нет, у меня есть родители, ну точнее сейчас осталась только мать. — отвечаю я.
— Я извиняюсь заранее, может это некорректный вопрос, но почему именно этот детдом? Ведь и далеко, и судя по всему влаживать пришлось очень много. — украдкой смотрел на меня Миша
— Эта женщина воспитала одного моего очень хорошего друга, он вырос у неё, отслужил в армии, устроился на работу, и чем мог помогал, потом мы познакомились с ним, для него это место, и эти люди многое в жизни значили, и собственно он меня и познакомил и с Ириной Васильевной, и её мужем, и с тех пор я чем могу, тем и помогаю. — отвечаю я. В воспоминаниях начинает мелькать Стас.
— А почему вы говорите что для него именно «значили» ? Сейчас он зазнался — начинает вникать в историю Миша.
— К сожалению, его нету больше в живых. 10 лет назад он разбился. Прикрыл своим автомобилем женщину и двоих детей, в них летел бухой мудак на мерседесе.
Много говорить не буду, но его девушка, Вероника, до сих пор помогает Ирине Васильевне с организацией праздников, женщина, которую Стас закрыл своей машиной, вместе с мужем, тоже ежегодно, перечисляют деньги на счёт этого детдома, звонят, спрашивают нужна ли ещё какая либо помощь… Знаешь к чему я это говорю? Стас оставил после себя людей, которые спустя 10 лет помнят, уважают, то, что ему было дорого. Стас был нереально добрым человеком, а доброте этой, и милосердию, его здесь научили, научила Ирина Васильевна и не только его, и пока она жива, дай ей Бог здоровья, надо ей помогать, что бы из её воспитанников, выросли такие люди как Стас. Ведь не в деньгах, Миш, счастье. С ними проще, но не счастливее, уж поверь ты мне, я прочувствовал это, и если ты знаешь, что кому то они реально помогут, то надо их направлять на помощь. Тем более деткам. — закуриваю в окно я.
— Сергей Николаевич, простите меня за мои слова утром. Я после увиденного и услышанного, сам себе по морде двинуть хочу… — начинает прятать глаза Миша.
— Успокойся, Миш, ты не знал, собственно как и никто из работников не знает. И я прошу тебя, давай эта история останется между нами, хорошо?
— Хорошо, я вас услышал. Но неужели вы не хотели огласки? — спросил Миша.
— Миш, а я кроме как деньгами ничем не помогаю, я не вожусь с этими детьми как Ирина Васильевна, или даже как Вероника, ведь все все праздники проводит она. А я тупо помогаю им купить то в чём они нуждаются, это не так уж сложно, тем более когда есть деньги… Поэтому прошу, в офисе никому не рассказывай.- отвечаю я
— Хорошо, Сергей Николаевич.

Остаток пути, мы разговаривали на другие темы, касающиеся в основном работы. Спустя пару дней ко мне в кабинет постучался Миша:
— Сергей Николаевич, можно войти? — спросил он.
— Конечно, Миш, проходи — отвечаю я
— Помните, разговор о детдоме? И о девушке Стаса, вы сказали, что она праздники организовывает? Можно мне с ней как-нибудь связаться? Я хочу на утреннике побыть Дедом-Морозом. — с огнём в глазах спрашивает Миша.
— Ну вообще, с Дедом Морозом у неё всегда проблемы, потому что утренник 31 декабря. Миш, Тебе это надо?
— Ну и что, у меня семьи пока нету, отмечать буду с друзьями, мы начинаем вечером, а даже если и опоздаю, ничего страшного, водка не остынет.
— Смотри сам, я сегодня вечером с ней созвонюсь, оставлю твой номер. Она с тобой свяжется. — отвечаю я
— Спасибо Сергей Николаевич — и радостный сисадмин подпрыгивает со стула, и спешит покинуть кабинет.
— Миша, стой. — встаю с кресла я, подхожу к нему, тяну руку. — спасибо тебе, ты реально поможешь Веронике, и детей порадуешь. — и я жму ему руку.

Миша молча удаляется с кабинета, а я подхожу к окну, и смотрю в небо, которое щедро посыпает землю снегом. Пока есть люди, до которых ещё можно достучаться, чьи души ещё не замело снегом и льдом от жажды наживы, алчности, эгоизма, и вранья, готовые вот так вот, жертвовать своим праздником, ради того, что бы у детей был праздник — земля будет вращаться вокруг своей оси, сменяя поколение поколением…

ПОНРАВИЛОСЬ? ПОДЕЛИТЕСЬ!

источник

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Пока есть люди, до которых ещё можно достучаться, Земля будет вращаться вокруг своей оси, сменяя поколение поколением…